Pages of fr. Dimitriy

Когда я несколько месяцев служил диаконом (был такой период с сентября по декабрь 2000 года), то мне несколько раз приходилось "за послушание" сослужить на литургии "несовершенне", т.е. когда сослужишь, ектении произносишь, но не причащаешься. Знаете, чувствовал себя при это полным дураком, настолько эти противоречит самому пониманию литургию, что по другому и не скажешь.

Став священником я практически всегда если был на литургии, то обязательно сослужил (или служил сам, но это было реже), бывало, конечно, что тоже просто молился и, скажу я вам, чувства примерно те же, что и в первом случае. Совершенно мне непонятно как можно это вместить - быть на литургии и в тоже время не быть ее участником. Очень это сложно осознать моим скудным разумом. Поэтому всегда немного грущщщу, когда получается быть на литургии в качестве просто молящегося, и, что еще хуже, разводящего.

кактотак

5 ноября, в день памяти апостола Иакова, брата Господня, Божественная Литургия по чину святого апостола совершилась в Свято-Владимирском храме пос. Разумное. Слава Богу! К службе мы готовились, напечатали двухцветные служебники, по тексту предложенному приходом Св. Архистратига Михаила в Геттингене - дай Бог здоровья иеромонаху Венедикту! Готовился и хор, который пел знаменно и слаженно )

Служило литургию шестеро священников и один диакон. Служили как подобает - без крестов и камилавок. Среди сослужащих, мой добрый друг из Орла о. Марк Боронтов, трудами которого стало возможным совершение литургии апостола Марка на день памяти апостола в этом году. Батюшка совсем недавно завел ЖЖ, но пока пишет только комментарии, правда в таком месте, о котором не подобает рещи )

Причащали мирян отдельно Телом, отдельно Кровью, как и положено по чину. Для детей приготовили вторую чашу и причащали обычным образом из лжицы. Конечно, самым непривычным для меня моментом было произнесение проповеди сидя по средине храма, сразу после чтения Священного Писания. Впрочем, непривычно это было не только для меня ))

Бог даст, будем молиться по чину святого апостола Иакова и в Неделю по Рождестве.

Вопросил Устав, но скажу и здесь

Что меня как священника всегда вводило и вводит в недоумение. Еще с самых первых своих осознанных шагов в Церкви мне всегда было интересно, а насколько осознанно делает свое дело духовенство, насколько понимается им то, что совершается во время Литургии и ради чего это совершается? О присутствующих в храмах за богослужением даже и не говорю.

Так уж получилось, что моя богослужебная жизнь до рукоположения всегда так или иначе была связана с богослужением архиерейским, которое представляет себе тот тип богослужения, который видится мне наиболее полным и менее подверженным ненужным изменениям в чинопоследовании. Но после рукоположения и даже до сего дня я совершенно не могу объяснить ни себе, ни другим людям, что означает закрытие царских врат на священнической литургии? Почему наиглавнейшая часть богослужения - евхаристический канон совершается при закрытых вратах? В чем смысл? Где богословская логика? Почему перед пением Символа веры священник преподает мир не людям, а закрытой катапетасме?

В нашем храме мы делаем то, что допустимо делать, чтобы не сойти за обнагленца. Читаем апостол по-русски, каждение совершаем на аллилуарии, Евангелие читаем лицом к народу, проповедь неукоснительно произноситься после евангельского чтения, прихожан призываю к необходимости постоянного участия в таинстве причащения. Но то, что касается вопроса открытия/закрытия царских врат совершенно ни в моей компетенции.

Некогда, когда вышла новая редакция служебника, я с удивлением и радостью обнаружил в нем отредактированный диалог священника и диакона после Великого Входа, в тоже время было недоумение по поводу того, что тропарь третьего часа, который по русской народной традиции предполагается во время эпиклесиса, более не стоит в квадратных скобках, как было ранее, что указывало на интерполяцию и вариативность. Неужели теперь официальное литургическое богословие мыслит так? Так вот, а то, что касается открытия/закрытия врат, то и наш ново-отредактированный служебник совершенно не предполагает закрытие врат на евхаристическом каноне, тем не менее сия традиция настолько сильна, что награда "двойное отверстие" до сих пор становится уделом маститых. Интересно, кого при этом награждают больше - священника, который и так видит (надеюсь!) как он совершает Евхаристию или прихожан, которые наконец-то получают возможность и своими телесными очами видеть то, что происходит в алтаре?

И паки вопрошу совершенно непонятно чем русское Православие так провинилось перед всеправославным миром, что приходы Русской Православной Церкви не имеют возможности пользоваться той литургической «привилегией», которая совершенно понятна и привычна для православных христиан других Поместных Церквей?

Простите, наболело...

Понедельник, 15 марта 1976

Длинное воскресенье! Утром служил в храме Христа Спасителя на 71-й улице, потом - трапеза, потом - лекция. Это последний кусок, лучше - лоскуток "русской эмиграции" первой волны. На нем можно проверить тот закон ее, о котором я не раз думал: закон ее вневременности и иммобилизма. Это даже удивляет! Прежде всего - сама Литургия. Отвыкнув от этого русского эмигрантского стиля, сильнее замечаешь то, что не замечал в детстве. А именно тот "закон", согласно которому в служении тщательно скрыто все то, что могло бы дойти до сознания верующих, всякое подобие смысла, не говоря уже о молитвах, полная бессмысленность пения (сплошь "концертного"), чтения - абсолютно невнятного, включая Евангелие, и т.д. Но по этому же закону все зато "разукрашено", завешано всяческой "душевностью" и "сентиментальностью". На сугубой ектении - имена хористов! На заупокойной - просто поток уже не только имен (Государя и т.д.), но и всяких категорий - "за веру, царя и Отечество убиенных"… Перед причастием мирян (два человека в первое воскресенье Великого Поста!) старенький дьякон, очевидная душа и "хранитель преданий" этого прихода, минут десять делает объявления: тут и концерт какой-то "одаренной пианистки", и призыв оказать "моральную поддержку" приходу, записавшись в него и внося 1доллар в месяц(!), целая "устная газета". И чувствуется, что для этих десяти минут задушевных оповещений и живет этот дьякон. Можно сказать так: бессознательно, подсознательно, но стиль этотскрывает, замазывает смысл Литургии, Церкви, веры и заменяет его неким общим "чувством". От вас ничего, так сказать, не требуется, кроме вот этого общего "переживания", которое действительно, наверное, "помогает жить". Подлинно "rite de la tribu"1. Но сколько это объясняет в сложных взаимоотношениях Православия и "русской души". И какая во всем этом разлита тонкая гордыня - собою, "русскостью", душевностью, сердечностью, как не подвержено никакому сомнению! Вот "мы сохранили" и "мы сохраняем". Нас мало, но мы все такие же… Даже десятки изумительных "постных пирогов", о которых дьякон извещает (перед причастием), что они "к нашим услугам после Б.[ожественной] Литургии", даже они становятся героизмом, исповедничеством, свидетельством. И ужас перед намеком на какое-нибудь изменение. Я убежден, что тронь что-нибудь - и они просто уйдут. Это будет уже не тем, к чему они "привыкли", и потому им совершенно ненужным. Панический, хотя и бессознательный страх перед смыслом.

Протоспресвитер Александр Шмеман. Дневники.

уп дате: Вопрос в сабже к приходу храма Христа Спасителя в Нью-Йорке не относится, потому как там многое что изменилось с тех пор. Но в общем и целом мысли озвученные о. Александром до сих пор остаются актуальными - бессознательный страх перед смыслом никуда не делся

Интервью с протоиереем о. Полом Гаврилчаком, настоятелем Свято-Троицкого прихода в городе Рестон, штат Вирджиния. о. Пол ученик прот. Иоанна Мейендорфа и один из лучших специалистов в области литургического богословия в OCA. Думаю, что эти беседы будут интересны всем, кто интересуется развитием современной литургической мысли.

Все части интервью

В продолжении дискуссии о служении литургии апостола Марка и совсем отчасти к этому сегодня мне прислал свой текст о. Марк Боронтов и попросил его разместить у меня в журнале. Что я и делаю.

Это отец Марк, который и заварил всю эту кашу. Человек я не слишком Интернет-активный, поэтому ознакомился с дискуссией только сегодня. По поводу претензий-обвинениий в обновленчестве, "поповской блажи", "литургической скуке", "лжемиссионерстве" и т. п. и отвечать не очень хочется, но видимо надо. Мне вовсе не скучно на литургии свт. Иоанна Златоуста, и я очень далёк от мысли прославиться и привлечь к себе огромную толпу народу с помощью нетрадиционных методов. Моего прихода мне вполне хватает. И я не делал из этой литургии никакой рекламной акции. Тем не менее, я действительно считаю, что литургии ап. Иакова и ап. Марка вполне могут совершаться в Православной Церкви хотя бы раз в год - в день их памяти. Кроме того, ап. Марк - мой небесный покровитель, и я не вижу ничего зазорного в том, что проявляю особый интерес именно к его литургии.

А вот о претензиях другого рода высказаться считаю необходимым. К сожалению, в сообщении о. Димитрия, с которого и началось это обсуждение, есть некоторые неточности. Там текст, который мы использовали, назван "реконструкцией", и может создаться впечатление, что никаких других текстов литургии просто не существует. На самом деле этот текст - не реконструкция (а стало быть и не фантазия), а перевод рукописи 1585 г., восходящей к свт. Мелетию (Пигасу), с некоторыми разъяснительными примечаниями, которые были совершенно необходимы. Это лишь одна из девяти известных на сегодня средневековых греческих рукописей литургии, и всё сказанное о. Димитрием относится только к этой рукописи. Мне хорошо известно, что текст по "Россанскому кодексу" был напечатан ещё в 1583 г., и в этом смысле о. Михаил конечно прав, и литургия никуда не терялась. В то же время, мне не понятно как совместить два предложения о. Михаила: служить "если уж на то пошло" по переводу "Собрания древних литургий" Ловягина (к тому же русскому, а не славянскому), основанному на Россанском кодексе, и пожелание свериться с Камингом, с которым Ловягин уж точно не сверялся, и текст которого основывается на Ватиканском кодексе. В моём распоряжении оказался черновой славянский перевод проф. МДА Б. А. Нелюбова, сделанный по тексту свт. Мелетия (у Каминга эта рукопись обозначается Peg). Я понимал, что это самая поздняя рукопись, испытавшая наибольшее влияние византийских литургий, и тем не менее я посчитал необходимым сначала "довести до ума" этот текст. (Кстати, Нелюбов, переводивший в 1989 г., свериться с Камингом, изданным в 1990 г., никак не мог.) Думаю, дать хоть какую-то жизнь уже существовавшему переводу весьма уважаемого профессора было моим долгом. Почему я не стал сверяться с Камингом? Не думаю, что реконструкция из нескольких рукописей, которую представляет его текст, и которая никогда в таком виде не совершалась в Православной Церкви, имеет прав на служение больше, чем цельный текст, возможно совершавшийся на практике в древности и совершенно точно использовавшийся для служения в Греции после 1955 г, и к тому же в каком-то смысле освящённый авторитетом двух святых - свт. Мелетия и прп. Нектария. Ещё один аргумент наверное будет убедительным не для всех, но для меня он имел значение. Текст свт. Мелетия ближе других к привычным нам чинам свтт. Иоанна Златоуста и Василия Великого, и поэтому он составляет меньший контраст по сравнению с ними, что для многих прихожан немаловажно.

Исходя из всего вышесказанного, серьёзными, с моей точки зрения, могут быть лишь претензии к качеству перевода и набора текста, которых я пока не получал.

Даже не думал я, что на постинг о служении литургии апостола Марка будет такая реакция. Оказывается, это самое что ни на есть ребячество, а если быть точным - дитячество.

Но проблема оказалась еще серьезней, смешались в кучу кони, люди - здесь уже и "шоу вместо службы", "лжепатриотизм", "обрядоверие", "хулиганство" или, попросту говоря, "поповская блажь".

Не знаю, есть ли смысл продолжать дискуссию и доказывать, что ты не жираф. Видимо действительно мы настолько плохие, что иначе подумать было просто невозможно.

да, и интересно, что никто не разглядел "блажь" в, так сказать, "зародыше"

Вчера произошло воистину историческое событие в жизни Русской Церкви - в день памяти святого апостола и евангелиста Марка в Воскресенском храме г. Орла была совершена литургия апостола Марка, в которой я также имел возможность принять участие.

Благодаря исследовательским трудам настоятеля Воскресенского храма г. Орла священника Марка Боронтова был реконструирован чин литургии апостола Марка в основу которого был положен список сделанный в 1585 г. святителем Мелетием (Пигасом), патриархом Александрийским, с какого-то более раннего памятника. После этого рукопись оставалась неизвестной до 1870 г., когда митрополит Пелусийский Амфилохий собрал рукописи, написанные рукой свт. Мелетия, среди которых был и список литургии, и переплёл их в одну книгу. Именно с этой книги в 1890 г. сделал для себя список литургии преп. Нектарий Эгинский. В 1955 г. эта рукопись была найдена среди документов преп. Нектария, почившего в 1920 г., и издана архимандритом Титом (Матфеакисом), после чего текст литургии стал известен в церковных кругах Греции. На церковно-славянский язык литургия была переведена в 1989 г. профессором МДА Б.А.Нелюбовым с издания: «Аналекта» №31/32 за 1981-82 гг. В 2006 г. текст отредактирован, набран в церковно-славянской орфографии и снабжён примечаниями священником Марком Боронтовым.

В служении литургии принимало участие четыре священника и один диакон. Молитвы евхаристического канона были прочитаны вслух молящихся при отверстых царских вратах. Особенностью анафоры александрийского типа является то, что ходатайственные молитвы (intercessio) читаются сразу же после молитв благодарения за творение мира (praefatio).

Так как данная редакция литургии имеет некоторые пробелы и недосказанности (в первую очередь отсутствием рекомендаций практического характера), все недосказанности восполнялись чинопоследованием литургий свт. Василия Великого и свт. Иоанна Златоуста.

В частом ответствовании хором "Аминь" на евхаристическом каноне мне виделась апостольская простота и непосредственность. Хотя текст этой литургиии не принадлежит перу самого апостола, ядро этого чинопоследования восходит к очень древней устной традиции совершения таинства Евхаристии в Александрийской Церкви, вполне возможно, восходящей и к апостолу Марку ( отрывок из анафоры )

Бог даст - это был не последний раз.

причащать на Пасху без исповеди - несомненное благо. Дай Бог, чтобы с этого начался более детальный разговор о смысле и месте святых таинств в жизни православных христиан. О том, что на Пасху нужно причащаться - говорит, буквально кричит, огласительное слово свт. Иоанна Златоуста, которое всегда неукоснительно читается (а как же без него), но не всегда слышится и понимается.

Думаю не нужно говорить, что исповедать всех желающих причаститься на святой праздник практически невозможно, если только не сводить исповедь к чтению разрешительной молитвы. Но ведь тогда получается самое настоящее обрядоверие, разрешительная молитва как "билет на причастие" (о котором говорил о. Шмеман). Боясь профанировать одно таинство (причащения), мы совершенно упускаем из виду, что можно профанировать другое таинство - покаяния.

Будем надеяться, что уже совсем скоро будет более детальное разъяснение, что, как и почему.

з.ы. Кстати, подобное благословение причащать на Пасху без исповеди было в Сурожской епархии во времена м. Антония, как сейчас - не вем.

«Братия! не будьте дети умом:
на злое будьте младенцы,
а по уму будьте совершеннолетни»

(1 Кор. 14:20)

Немного странным может показаться это сочетание слов (см. сабж), но только лишь показаться, потому что если с богослужением мы сталкиваемся чуть чаще чем на свое собственном Крещении и погребении, то нельзя не заметить, что оно постоянно напоминает нам о том, что наша церковная жизнь не совсем такая, какой она должна быть. Причем это напоминание абсолютно не зависит от того каких взглядов придерживается литургисающий иерей, является ли он грубо говоря «консерватором» или «либералом», сторонником «охранительства» или церковной «революции». Вне зависимости от этого, когда мы приходим вечером на богослужение в храм и слышим «Исполним утреннюю молитву нашу Господеви», утром слышим про «вечернюю молитву нашу», на возгласе «Оглашеннии изыдите» никто не покидает храма, а на Пасхальной неделе и святках слова «Со страхом Божиим и верою приступите» обращаются в пустоту. Сложно не заметить, как это слегка диссонируют с реальностью. Впрочем, можно подумать, что ничего страшного здесь нет, но если мы продолжим вслушиваться в происходящее за богослужением, то рано или поздно поймем, что замеченное нами несоответствие на самом деле совершеннейшее ничто по сравнению с тем, на что у нас закрываются глаза.( если есть желание - читать дальше )

up date: грустный, но очень точный отзыв на статью на одном из форумов:
Только сколько уже их - этих статей, а никто так и не шевелится (кому нужно - начальство разумею). "Народу" церковному, по сути, всё равно, мне так кажется. Благостно и непонятно...

Необходимость возрождения миссионерской деятельности Русской Православной Церкви есть одна из первоочередных задач всегдашнего служения Церкви. Возрождение церковной жизни во всей своей полноте невозможно без активизации миссионерских усилий Церкви, которая в свою очередь невозможна без нашего обращения к преданию Церкви и ее святоотеческому наследию. Один из основных вопросов развития современной миссионерской деятельности связан с «передачей опыта Богообщения посредством личного участия человека в таинственной жизни евхаристической общины». Таким образом, созидание евхаристических общин есть важнейшая цель наших миссионерских усилий. Каждый приход должен соделаться такой общиной братьев и сестер во Христе, которая осознает свою ответственность перед Богом, Церковью и людьми в необходимости всеобщего свидетельствования, всеобщей совместной молитвы и всеобщего совместного участия в таинствах Церкви. Все это невозможно без разрешения основополагаюшего вопроса – нашего отношения к Таинству таинству – Таинству святой Евхаристии. ( Read more... )

На мой сугубо личный взгляд, вопрос о богослужебном языке, это и повод поговорить о накопившихся литургических вопросах, среди которых мне видится вопрос об интерполяциях в анафору тропаря третьего часа, слов "Преложив Духом Твоим Святым" в литургии свт. Василия Великого, о преложении вина в Кровь Христову на Литургии Преждеосвященных Даров.

Некогда богослужебная комиссия делала поправки в тексте служебника, благодаря чему мы теперь имеем исправленный диалог священника и диакона после Херувимской песни. Встречал, правда статью, в которой доказывается необходимость ответствования всем сослужащим духовенством словами "Дух Святый найдет на тя и сила вышняго осенит тя", а не только диаконом. Подобного уточнения нынешний текст служебника не имеет.

И еще. Раньше служебник патриархийного издательства помещал тропарь третьего часа в квадратные скобки, теперь эти скобки исчезли. Почему, никто не объяснил.

Достаточно часто приходится сталкиваться с таким мнением - если что-то в семье, здоровье, жизни не так, нужно попросить батюшку после причастия на голову Чашу поставить, как все будет налаживаться. Да, слышал еще о том (но никогда не видел), что бывают такие приходские традиции, когда на Великом входе священник особо приблеженным прихожанам после поминовений возлагает Потир на головы для большего вразумления.

Кто-нибудь сталкивался с такой разновидностью литургического благочестия?

Года два назад мы совершили в кафедральном соборе Литургию преждеосвященных даров, которая по ходу совершения богослужения сопровождалась комментариями. Для тех, кому интересно, предлагаю эти комментарии.

( комментарии )

Интересует вопрос следующего порядка. Насколько разработан в литургическом богословии вопрос о возможности или невозможности освящения поминальных частиц за Литургией? Что вообще конкретного известно по этому поводу. Насколько известно мне в Иерусалимской Церкви все содержимое дискоса погружают в чашу, а уже затем идут причащать народ. Это из практики, а что известно из теории?

Была у меня статья по этому поводу, но в моем всегдашем бардаке не могу её сейчас найти, поэтому и спрашиваю.

по поводу насильного причащения детей. Очень часто так бывает, что некоторые дети, которых родители приносят для причастия, начинают вести себя крайне неестественно, вырываясь, крича, как только их подносят к святой чаше (про таких детей многие бабушки начинают говорить, что они мол "бесноватые"). Так вот, как лучше поступить в таком случае, причастить "во чтобы-то ни стало" или отказать родителям? Я на каком-то интуитивном уровне понимаю, что насильственное причащение, это нечто не совсем верное, но все же.

спрашиваю в основном отцов, ну и тех, кто немного в теме